Прокол корпоративной вуали

Вопрос о том, можно ли применить концепцию «прокола корпоративной вуали» в России, интересует многих.

Спросите, а что это вообще такое? Сейчас расскажу.

Что такое корпоративная вуаль?

В настоящее время для удобства ведения бизнеса предприниматели активно используют принцип структурирования: создают несколько фирм, и каждая из них выполняет отведённую ей роль в едином деле.

Общество «А» занимается производством товаров, предприятие «Б» – продажей этих товаров, фирма «В» – оформлением документов, а общество «Ъ» – вообще, только контролирует весь этот процесс.

Каждая из таких организаций законно обладает самостоятельностью, и её связь с какими-либо другими фирмами юридически никак не просматривается.

В идеале такая система должна использоваться для установления чёткого разделения сфер деятельности, согласованности действий, удобства ведения учёта производственных процессов, минимизации рисков. К сожалению, так бывает не всегда: порой, цепочка организаций создаётся далеко не для честной игры.

Аккумулировать активы, быть «фундаментом» всего бизнеса может одна постоянно действующая организация. Она всегда будет чиста. Другая же, связная с основной, будет отвечать перед кредиторами. И не факт, что у неё хватит средств расплатиться по всем долгам…

Такая интересная стратегия ведения бизнеса и называется «корпоративной вуалью».

О корпоративной вуали мы можем говорить и тогда, когда в предшествующий банкротству период руководители организаций (подлинные владельцы, номинальные руководители, члены совета директоров) через ряд сделок сливают деньги фирмы, становясь «чуточку богаче». Привлечь к ответственности таких лиц крайне сложно.

Признаки «прикрытия корпоративной вуалью»

Многие зарубежные юристы предлагают характерные черты, по которым можно понять, что организация «прикрывается вуалью». Рассмотрим некоторые из них.

  1. Владелец использует организацию в личных нуждах («доение» компании): с её счётов оплачивает коммунальные услуги, телефонную связь, производит затраты на личный транспорт и т. д.
  2. Происходит смешение компании и личности владельца: директором и организацией используется один транспорт, имеется счет для «общих» затрат.
  3. Руководитель своими действиями вводит в заблуждение других лиц – использует фирму в качестве номинальной (только называющейся, но не выполняющей своего назначения), или же сам директор числится лишь как номинальный.
  4. Организацией не соблюдается порядок «формальностей» ведения бизнеса: не созывается общее собрание, не ведётся правильно документооборот, не предоставляются документы в государственные органы и т. д.
  5. Руководитель искажает информацию о компании, её участниках, активах.
  6. В организации имеется минимальный набор параметров для обеспечения ведения деятельности: маленький уставный капитал, фактическое отсутствие офисов (наличие только по документам) и др.

Как «проколоть» такую вуаль?

Гражданско-правовые отношения построены таким образом, что каждый их участник должен «отвечать за себя сам». Ответственность юридических лиц по их обязательствам разграничена от ответственности других лиц, в том числе его участников. Это одно из базовых правил, без которого предпринимательская деятельность просто невозможна (содержится в ст. 56 и 105 ГК РФ).

Используя эти правила в своих интересах, многие организации пытаются уйти от ответственности и прикрыть истинных выгодоприобретателей. Создаваясь для видимости (как номинальное, операционное или обслуживающее головную фирму предприятие), они берут на себя основной удар.

Борьба с вышеуказанными злоупотреблениями – это и есть «прокол корпоративной вуали». Её суть состоит в том, чтобы переложить или дополнительно наложить ответственность на лиц (юридических или физических), которые каким-либо образом связаны с виновной организацией-должником. Законодательство не разъясняет и не содержит правил «прокола корпоративной вуали». Но это не значит, что на практике он не применяется.

Впервые о «снятии корпоративной вуали» заговорили в Великобритании при рассмотрении дела Salomon v. Salomon and Co. Ltd. (Соломон против компании «Соломон и Ко») в далёком 1897 году.

Это было достойное внимания разбирательство, поэтому я не могу не вдаться в его подробности.

«Гражданин Арон Соломон занимался производством и продажей кожаных ботинок, и был успешным предпринимателем. Сыновья Соломона, помогавшие ему в делах, тоже захотели поучаствовать в деле в качестве держателей акций. В этих целях Соломону пришлось открыть организацию. Назвал он ее «Соломон и Ко». Зарегистрировать ее можно было только при условии наличия как минимум семи учредителей. В качестве них Соломон взял свою жену и пять сыновей (два из них были номинальными директорами). Фактически бизнес вел Арон Соломон.
Он руководил организацией и был держателем большей части акций. После регистрации, корпорация «Соломон и Ко» выкупила бизнес у господина Соломона: часть суммы отдала сразу, а часть взяла в кредит под залог будущих активов предприятия. Основным заказчиком обуви было Правительство Великобритании, поэтому бизнес «Соломон и Ко» успешно процветал...но это длилось не долго. После многочисленных забастовок конкурентов против такой монополии, Правительство решило распределить государственные контракты «поровну» между поставщиками. Ни к чему хорошему для Соломона это не привело – бизнес «Соломон и Ко» начал потихоньку «погасать» и вскоре дошел до того, что организация уже не могла расплатиться по своим долгам.
По заявлению одного из кредиторов фирма «Соломон и Ко» была признана банкротом (тогда: «начала процесс ликвидации»). Оставшейся в организации суммы не хватало, чтобы выплатить всем по долгам. Бедный Соломон не знал, что и делать, но вскоре нашел выход: закон о корпорациях Великобритании предусматривал положение о том, что в первую очередь должны выплачиваться долги тем кредиторам, требования которых обеспечены залогом.
А таковым кредитором (как было описано в начале истории) выступал сам гражданин Соломон. Чтобы получить оставшиеся в организации деньги господин А. Соломон подал исковое заявление на организацию «Соломон и Ко» (то есть выступил против себя). Тогда ликвидатор подал встречный иск, заявив, что А. Соломон является обманщиком кредиторов, не обеспеченных залогом, и действует так, только для того, чтобы извлечь выгоду.
Дело длилось долго. Практически все инстанции гласили одно (не дословно): «Поднять корпоративный занавес с организации и привлечь к ответственности гражданина Соломона за обман кредиторов!». Соответственно решения выносили с таким содержанием.
Только Высшая инстанция суда Великобритании (Палата Лордов) отменила все вердикты нижестоящих судов, указав на то, что, не имеет значения, связаны ли А. Соломон и «Соломон и Ко» или нет. Ведь по закону корпорация является самостоятельным лицом, отличным от того, кто создал эту корпорацию.»

Вот такая занимательная история про «корпоративную вуаль» и попытки её прокола. Конечно, совсем снять вуаль с организации «Соломон и Ко» не удалось, но все равно эта проблема стояла на протяжении долгого времени.

Сейчас идея «прокола корпоративной вуали» активно практикуется в различных зарубежных странах, таких как: Франция, Канада, Китай, Италия, Германия.

Помимо формулировки «прокол корпоративной вуали» можно встретить другие словоформы, например, «снятие корпоративной вуали», «снятие корпоративного покрова», «поднимание корпоративного занавеса» и даже «снятие корпоративной маски».

Насколько идея уместна для нашего правопорядка, и возможно ли на неё ссылаться – вопрос спорный. В России концепция «снятия корпоративной вуали» ещё не закрепилась,…но некая база для этого уже имеется.

Предпосылки развития концепции «прокола корпоративной вуали»

Как уже говорилось, формулировки «прокол корпоративной вуали» нет ни в одном нормативно-правовом акте. Но она когда-то отразилась:

  1. в проекте изменений к Гражданскому кодексу (2014 год);
  2. в судебной практике;
  3. в научных рассуждениях юристов-теоретиков.

Начнем по порядку.

Проект изменений к Гражданскому Кодексу РФ.

В сентябре 2014 года Государственная Дума в первом чтении приняла масштабный проект изменений в ГК РФ. Они коснулись и «самостоятельности юридических лиц».

Законодатель хотел ввести новеллы, которые на первый взгляд подрывали всю систему свободного, самостоятельного ведения бизнеса.

Изменения предусматривали:

  • введение понятия «контролирующие лица» и усиление их ответственности за долги подконтрольных им организаций;
  • уточнение понятия «аффилированности» (связанности лиц между собой, оказания влияния друг на друга) в п.53.2 ГК РФ;
  • возможность признания юридических лиц аффилированными в судебном порядке.

По смыслу все эти положения и есть «снятие корпоративной вуали».

Если объяснять более доступно, то новшества были направлены на «обнажение бизнеса» – чтобы у кредиторов появилась возможность вернуть свои деньги путем привлечения к ответственности вместо одного лица, другое.

Конечно же, законодатель действовал в благих намерениях – хотел защитить добросовестных кредиторов. Но такие перемены вызвали бурю недовольств среди предпринимателей. После многочисленных возражений, направленных в адрес Государственной Думы крупными российскими корпорациями, новеллы в части расширенной ответственности контролирующих лиц и аффилированности были исключены во втором чтении.

Судебная практика.

На практике уже вынесено не мало положительных решений, где суду удалось установить связь между организациями и привлечь виновных лиц.

Самым громким «проколом корпоративной вуали» стало дело по иску российской организации ООО «Олимпия» к латвийским компаниям АО «Парекс банк» (AS «Parex banka») и АО «Цитаделе банк» (AS «Citadele banka»).

«ООО «Олимпия» будучи кредитором латвийских компаний, подала иск о взыскании с них задолженности в суд в России. ООО «Олимпия» ссылалось на то, что, несмотря на нахождение головных организаций в Латвии, представительства латвийских компаний находятся именно в России. Истец предоставил достаточно доказательств того, что вышеуказанные иностранные организации осуществляли свою деятельность в РФ через другие предприятия. Оно ссылалось на российские документы в которых присутствовало название торговой марки латвийских организаций, а также на наличие на сайте головных предприятий адресов их «представительств». Ответчики возражали, говоря, что никаких представительств они не имеют, дело неподсудно российским судам, поэтому производство по нему необходимо прекратить.
Суды первой и апелляционной инстанций отклоняли доводы истца о связности фирм в РФ и латвийских организаций. Однако кассационный суд отменил эти решения и отправил дело на новое рассмотрение. Разбирательство дошло до надзорной инстанции. Высший Арбитражный суд вынес постановление (Постановление ВАС РФ от 24.04.2012 N 16404/11 по делу N А40-21127/11-98-184), в котором согласился с тем, что юридически правильно оформленных представительств латвийских организаций в России нет. Но по факту эти «представительства» вели деятельность от имени АО «Парекс банк» и АО «Цитаделе банк», то есть негласно были связаны между собой.

Здесь суд впервые употребил понятие «срывания корпоративной вуали», имея ввиду то, что такая структура латвийской компании была создана для извлечения прибыли в обход законодательства о банковском контроле.

Еще при своем существовании Высший Арбитражный Суд в вышеуказанном постановлении попытался обосновать новые (тех, которых нет в законе) средства защиты кредиторов. Такая правовая позиция суда дала толчок к применению в дальнейшем концепции «снятия корпоративной вуали» при рассмотрении аналогичных дел.

Интерпретация «снятия корпоративных покровов» в России.

Как, применяя российское законодательство, можно «проколоть корпоративную вуаль»?

Уже упоминалось, что законодательство в РФ установило раздельную ответственность организаций и других лиц (как физических, так и юридических). Исходя из этого принципа, корпорация – это самостоятельное лицо, и отвечать за свои «поступки» она тоже обязана самостоятельно. Но это никак не стыкуется с концепцией «снятия корпоративной вуали», которая, наоборот, старается привлечь к ответственности одно звено по долгам другого.

Получается, что для защиты интересов добросовестного кредитора законно переложить ответственность с фактического должника на иное лицо, которое корпоративно и коммерчески связано с ним, невозможно?

Оказывается, возможно.

Законодательством России прямо не установлена такая ответственность. Но есть определенные случаи, когда можно «выйти за рамки» ограниченной ответственности предприятий и привлечь к ответу не просто виновное юридическое лицо, а сам бизнес как совокупность организаций и лиц, которые работают под единой эгидой.

Перед тем как перечислять такие случаи, разберемся с терминологией. Употребляя понятия «основное (материнское) общество» и «дочернее общество», мы будем иметь ввиду:

Основное (материнское) общество – это общество, которое может влиять на решения, принимаемые дочерним обществом.

Дочернее общество – общество, которое вроде бы отделилось от материнского, но находится под его контролем. Часто выступает в роли филиала.

Теперь рассмотрим случаи, когда российский закон разрешает нам «прокалывать корпоративную вуаль».

  1. Если дочернее предприятие выполняло указания материнского общества, и это привело к возникновению долгов, то материнское общество будет отвечать совместно с дочерним.

То есть основной компании не удастся спрятаться под «корпоративным покровом» и отсидеться в стороне, пока её дочернее предприятие отвечает перед кредиторами. «Отдуваться» придётся обоим.

  1. Если по вине основного общества дочернее обанкротится, то по долгам последнего будет дополнительно отвечать материнская компания. Да, к тому же, за такие «проделки» дочернее может дополнительно взыскать с неё убытки.

Есть ещё один случай законного «снятия корпоративных покровов», но касается он ответственности физических лиц (учредителей, участников и иных руководителей).

По общим правилам они не отвечают по обязательствам предприятия, а только могут выступать от её имени в качестве представителя. Иногда этим прикрываются, зная, что их «личные» деньги никто не тронет.

Такое смешение имущественной ответственности организации и руководящих лиц выявить и «проколоть» можно, но тоже при особых обстоятельствах. Итак.

  1. Если по вине руководящего лица (например, директора) предприятие понесло убытки, то это лицо можно привлечь к ответственности. Сложности здесь в том, что необходимо доказать факт недобросовестности или неразумности действий виновника (ст. 53.1 ГК РФ).
  2. Если организация признана банкротом вследствие действий его руководителей, такие лица (в случае недостаточности имущества организации-должника) несут дополнительную ответственность по его обязательствам. Но и здесь привести доводы, подтверждающие вину довольно трудно.

Как мы видим, с одной стороны, концепция «снятия корпоративных покровов» не совсем безнадежна, а с другой – практически лишена законодательной поддержки и фактически не всегда применима.

На этом всё. Тема прокола корпоративной вуали довольно сложна. Не думаю, что её можно полностью изучить и понять на основе этой статьи. Но, надеюсь, что каждый прочитавший до конца уловил её суть и нашел для себя что-то полезное.